Лимонов «Это я Эдичка»

В этом году – страшно и сказать, — знаменитому «Эдичке», автору «Молодому негодяя» исполнилось в феврале 60 лет. С юбилеем, Эдуард Вениаминович! И, пусть вас не избрали пока что в Президенты того огрызка России, который Вы хотели расширить за счет русских земель в суверенном Казахстане (именно по обвинению в организации военизированного формирования, ставившего перед собой подобную романтичную цель Лимонов не так давно провел некоторое время в «Лефортово»), в золотой фонд русской литературы, Вы, безусловно, вошли!

Впрочем, этот поступок был бы вполне в духе другого классика Мировой Литературы – Габриэлле Д’Аннуцио, который, как и Лимонов, уже прославившись в литературе, после окончания первой мировой войны захватил со своим отрядом отошедший к созданной Югославии «итальянский» город Фиуме (или Риеку). И, несмотря на возмущение всей мировой общественности, автор «Романов Розы» продержался в «отбитых им для Италии» землях вокруг Фиуме более года… Но не будем говорить о сегодняшнем Лимонове-политике, — об этой теме достаточно уже нам поездили по ушам с телеэкранов, — рассказать о его жизненном пути и литературном творчестве кажется нам гораздо более правильным. Родившийся в Дзержинске шестьдесят лет назад «подросток Савенко» (настоящая фамилия писателя) до поступления в Харьковский институт успел поработать грузчиком, сталеваром, и даже «завальщиком шихты», чтобы это не значило.

Он даже умудрился поучаствовать в харьковской рабочей забастовке 1963-его года. В институте увлекся поэзий и.. пошивом экзотических тогда «джинсов». Которые и помогли ему, по всей видимости, узнать от самого Булата Окуджавы, что поэзия – не его призвание.

– Во всяком случае, после переезда в Москву, именно джинсы, пошитые молодым провинциальным поэтом для Булата Шавловича (и Эрнста Неизвестного) помогли тому стать своим человеком в столичной богеме. В Москве же Савенко начал писать прозу, статьи…

Но настоящая его литературная деятельность все же началась за океаном, в эмиграции. Интересно, что если сам председатель КГБ – Андропов! – назвал Лимонова «настоящим антисоветчиком» (вряд ли за джинсы!), то, оказавшись в «самой антисоветской стране мира», США, Эдуард первым делом умудрился напечатать в «Новом русском слове», газете, которую сейчас бы назвали «демократической», ряд статей о пороках общества… капитализма! В связи с чем, не исключено, что уже шеф ФБР (куда Лимонова сразу потащили за цугундер), мог бы назвать его «настоящим антиамериканцем».

Но со всеми недостатками прекрасного Западного Рая – Эдуард мог ознакомиться лично, особенно после увольнения «за политику» из нью-йоркского «Нового русского слова». Удивительно: в «стране без забастовок» Лимонов сумел найти забастовку и поучаствовать, а в стране, где якобы никого не преследуют по политическим мотивам или убеждениям (существует же легально зарегистрированная в Америке «Церковь Сатаны»!), умудрился именно за них, за убеждения и пострадать. А быть безработным в США в те годы было не так вкусно, как сейчас. Еще говоря о творчестве великого Гамсуна, кто-то из мэтров литературоведения тонко подметил, что лучшие книги создаются «голодными» писателями. Причем имелся в виду отнюдь не только «голод духовный».

Что же, роман «Это я, Эдичка!» на века прославивший Лимонова, был им написан именно в «голодную» пору. Откровенные сцены отчаяния и противоестественного одиночества человека творческого в чужой и чуждой ему стране, дополняют описания не менее противоестественной «любви» — причем не мужчины и «Лолиты», здесь Лимонов априори переплюнул Набокова, — но главного героя и негра из Бруклина. Тут надо заметить к слову о том, как меняется мир – в 1979 году не только на пособие по безработице было сложно прожить в городе «Желтого дьявола», но и благополучный ныне Бруклин был очень опасным местом. И белому человеку, для того, чтобы просто чтоб пройтись по нему под вечер, требовалось незаурядное мужество. А Бруклин в дебютном романе Лимонова описан смачно, со знанием подробностей на уровне местного жителя.

Позже Лимонов написал еще две буквально берущие за душу книги – «Подросток Савенко»( о Харьковской шпане и богеме) и «Дневник неудачника» — еще более пронзительное, чем в «Эдичке» (хотя и без его натурализма, так что читать опасающимся «грязных» слов или сцен людям можно смело!), описание противостояния бескомпромиссной творческой личности и капиталистической системы. Роман, пожалуй, одного уровня с «Голодом» уже упоминавшегося Кнута Гамсуна. Хотя по стилю Лимонову явно ближе Д’Аннуцио и умерший совсем молодым француз Борис Виан. Последней значительной книгой автора можно назвать недавно вышедшую «Книгу мертвых». Писатель сперва предупреждает, что написал её. «чтоб заработать», но, уже после прочтения первых глав в это верится слабо. Прочувствованные слова обо всех ушедших из его жизни людях словно сами вырываются из Эдуарда Вениаминовича. И, думается, если б возник такой казус, что «Лимонова не печатают», он бы все равно написал эту книгу – в стол, для себя.

Проверочный код

на английском языке!

* поля обязательны для заполнения

Комментарии отсутствуют

Книги по их авторам

Аберкромби Д., Агата Кристи, Аткинсон К., Балашов Д.М., Бренсон Р., Бушков А.А., Гиппиус З., Джеймс Э.Л., Джейн Остин, Джон Диксон Карр, Джонсон Д., Дилэни С., Донцова Д, Дугин А.Г., Дэн Браун, Зыков В., Инош А., Калинина Д., Камша В.В., Кеннеди Д., Кинг С., Кляйн Р., Колин Маккалоу, Конрад М., Котлер Ф., Коултер К., Коэльо П., Ланитова Л., Леви М., Лимонов Э.В., Линдсей Д., Литвак М.Е., Льюис Клайв, Мазин А., Майер С., Макдермид В., Макнот Д., Маринина А., Мартин Д., Мейл П., Михаэль Крогерус и Роман Чеппелер, Мэриэт Ролле-Эндриан, Несбе Ю., Онойко О.В., Орхан Памук, Паланик Ч., Паолини К., Паро Ж.Ф., Паттерсон Д., Пеннак Д., Перес-Реверте А., Перумов Н., Пехов А., Питерс Э., Полякова Т., Пратчетт Т., Резанова Н., Роллинс Д., Роулинг Д., Сандра Браун, Сваллоу Д., Силлов Д., Смит Л.Д., Сорокин В.Г., Стивен Р. Кови, Стиг Ларссон, Стэкпул Г., Сэнсом К.Д., Толкиен Д., Удовиченко Д., Уиндем Д., Устинова Т., Федерико Моччиа, Фицгерберт М., Хаецкая Е., Харви К., Харуки Мураками, Шварц Е., Шилова Ю., Экман П.